Шойгу занимает новый плацдарм

Шойгу занимает новый плацдарм

Российская армия в ходе последних реформ достигла совершенства, вынуждены признать даже самые упертые западные эксперты. Командование стало более гибким и мобильным, до минимума сократились «штабные крысы», идет переход на самое современное вооружение. А уже через несколько лет вместо людей могут воевать роботы.

Все это — следствие уроков, которые Россия извлекла как и из собственных, так и чужих провалов в «гибридных войнах» последних лет.

Global Risk Insight: Россия отказалась от чуждой ей концепции прокси-войны

Большинство западных наблюдателей, даже самонадеянно называющих себя экспертами, плохо представляют себе, какие изменения происходят в российской военной сфере. При этом аналитический сайт Global Risk Insight цитирует мнение американского эксперта Роджера Макдермотта, который внимательно следит за военными реформами в России.

По мнению аналитика, Москва извлекла полезные уроки изо всех последних военных кампаний — в Грузии, Сирии и на Донбассе. В войсках идет модернизация вооружений, причем опора сделана на применение искусственного интеллекта и высокоскоростных систем связи.

Роботы-минеры «Уран», прекрасно показавшие себя в Сирии, уже заступили на боевое дежурство в России. Формируются ударные подразделения, оснащенные полностью роботизированными вооружениями (в том числе сверхзвуковыми противотанковыми термобарическими системами огня «Атака»).

Меняется и командная структура, констатирует Мардермотт. Москва извлекла урок из печального опыта других стран, завязших в гибридных войнах: опора на прокси-силы слишком дорога, поскольку они зачастую преследуют свои собственные цели в анархической обстановке на местах.

Также Москва отказывается от принципа «массовой мобилизации» в пользу «постоянной готовности», а также улучшила организационную структуру Вооруженных сил за счет сокращения числа командных уровней. Современная командная структура в России стала очень гибкой: она позволяет маломасштабным боевым подразделениям действовать более автономно на так называемом фрагментированном поле боя, констатирует Мардермотт.

Russia Matters: Россия переняла и улучшила опыт спецопераций США

Эммануэль Дрейфус из парижского Университета Пантеон-Ассас пишет в издании Russia Matters, что частью полномасштабной военной реформы в России после войны с Грузией в 2008 году можно считать и создание частных военных компаний (ЧВК).

Непосредственным же следствием того, что пятидневная война обнажила ряд серьезных проблем в командовании войсками, стало создание Сил специальных операций (началось в 2009 году) и военной полиции (началось в 2012 году).

Как отмечает Дрейфус, данные структуры не были созданы с нуля, а переняли опыт ранее существовавших подразделений. В частности, подразделения специального назначения десятилетиями действовали в Советском Союзе, а затем в России. Специальные подразделения выполняли обязанности, традиционно связанные с военной полицией, еще во времена Российской империи, а затем в советский период. А непосредственно до создания военной полиции в российской армии насчитывалось пять дисциплинарных батальонов. Именно они в 2012 году и стали основой для формирования военной полиции.

Дрейфус констатирует, что российские военные стратеги сумели блестяще использовать опыт своих потенциальных противников. После объявленной в 2008 году Бараком Обамой перезагрузки в отношениях с Россией она получила возможность изучить американский опыт в области планирования специальных операций.

В мае 2012 года в Форт-Карсоне, штат Колорадо, были организованы совместные учения по борьбе с терроризмом с подразделениями Командования специальных операций США и российского 45-го полка спецназа ВДВ. А два месяца спустя тогдашний начальник Генерального штаба России Николай Макаров посетил Командование спецопераций США в Тампе, штат Флорида.

Из этих визитов Россия сумела извлечь особые уроки: американский опыт не просто скопировали, а значительно улучшили и модернизировали.

Военно-морской институт США: Россия уверенно закрепилась в Арктике

В аналитической статье для Военно-морского института США директор Центра арктической безопасности и обороны Трой Буффард указывает, что Россия даже в сравнении с советским периодом значительно расширила сферу своих военных интересов. В том числе в Арктике, где Москва построила 10 береговых станций двойного назначения вдоль Северного морского пути.

Кроме того, Россия вновь открыла или построила аэродромы, оснащенные системами противовоздушной обороны С-400. С привлечением китайских инвестиций удалось модернизировать порт Сабетта, ориентированный на экспорт сжиженного природного газа.

Буффар проводит аналогию между стратегией Москвы и Китая, который построил несколько искусственных островов Южно-Китайском море. Россия же значительно усилила свое военное присутствие на естественных островах вдоль Северного морского пути.

Здесь размещаются военно-воздушные, военно-морские и сухопутные силы. Буффар также напоминает, что в российском адмиралитете идет дискуссия о создании Арктического военного флота, чего не было даже в советские годы.

Средиземноморье становится еще одним плацдармом России

Американские военные эксперты констатируют и наращивание Россией присутствия в Средиземноморском регионе, который в советские годы входил в зону оперативного реагирования 5-й оперативной эскадры кораблей ВМФ. Она была расформирована в 1992 году, а в 2013 году восстановлено постоянное оперативное соединение ВМФ в Средиземном море.

Западный эксперт Юджин Румер указывает, что военное присутствие России в Восточном Средиземноморье значительно усложнило планирование военных операций США и НАТО (юг Средиземноморья контролирует Египет, запад — Испания, а восток — Турция). Вместе с тем, Москва сумела выстроить прекрасные, доверительные, отношения с крупными региональными державами.

Как указывает еще один эксперт Ричард Сокольски, Россия грамотно использует весь комплекс инструментов: это не только военная мощь, но также дипломатическое и политическое влияние, экономическая помощь, продажу оружия и предоставление военных советников.

Российские энергетические компании инвестировали в проекты в нескольких странах Средиземноморья (Египет, Алжир) и ищут новые возможности (Ливия). России наладила экспорт оружия в Алжир, где имеется значительный арсенал унаследованных от советской эпохи оборонительных систем.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.